Чтобы искоренить страсть, недостаточно только не делать зла, а должно делать и добро. Господь наш Иисус Христос, как Всеведущий Небесный Врач, «и против каждой страсти подает приличное врачевство: так, против тщеславия дал Он заповеди о смиренномудрии, против сластолюбия – заповеди о воздержании, против сребролюбия – заповеди о милостыне, и, одним словом, каждая страсть имеет врачевством соответствующую ей заповедь». «Послушайте, – говорит святой авва Дорофей, – Сам Господь наш показал нам вкратце, одним словом, корень и причину всех зол и врачевство от оных – причину всего благого: показал, что возношение низложило нас, что невозможно иначе получить помилование как чрез противоположное ему, то есть смиренномудрие». И преподобный Дорофей ставит смирение во главу угла в искоренении всякой страсти, а также в стяжании добродетели.
«Прежде всего нужно нам смиренномудрие», – напоминает святой авва указание некоего старца. Смирение «покрывает душу и от всякой страсти, и от всякого искушения», «препобеждает все страсти». Оно сокрушает стрелы нашего духовного «врага и сопротивника», расторгает все его сети, сокрушает все его оружие. Когда преподобному Антонию Великому в видении были показаны распростертые сети злой силы, и преподобный, вздохнув, спросил Бога: «Кто же избегает их?» – Господь ответил: «Смирение избегает их… Они даже и не прикасаются ему». Смирение «рождает послушание и спасение души». Чадами смирения являются также: «Самоукорение, недоверие своему разуму, ненавидение своей воли». Без смирения не могут быть совершенными ни «страх Божий, ни милостыня, ни вера, ни воздержание, ни другая какая-либо добродетель». «Без смирения нельзя повиноваться заповедям и достигнуть чего-либо благого». Этими утверждениями святой Дорофей напоминает наставления своего великого современника и подвижника преподобного Исаака Сирина, епископа Ниневийского († 620), который на вопрос: «Что такое усовершение себя?» – отвечал прямо и решительно: «Глубина смирения».