А вот почему новый поезд не остановился? Почему для меня именно старый состав? Или же они оба – просто как символы будущего и прошедшего? Двигаясь по туннелю, я оставляю прошлую жизнь, чтобы начать все заново в будущей, но пока она не для меня, вот новый поезд и прошел мимо. Вполне возможно, ведь ум всегда видит все по-своему.
Вдруг яркий белый свет, освещающий вагон, вспыхнул с такой силой, как будто взорвалась ядерная бомба, и лезвием бритвы полоснул по моим глазам. Я инстинктивно зажмурилась и обхватила голову руками. Мне показалось, что меня сейчас разорвет даже не на части, а на невидимые атомы и я бесследно исчезну навсегда…
Я испугалась, а делать этого нельзя было никак. Это сиял свет истины, лучезарность мудрости ума всех Будд, всех просветленных. Сразу после смерти наш ум воспринимает все проявления энергий, которые воздействуют на нас, в виде света, цвета и звука и преобразует в различные образы. Эти проявления энергий есть не что иное, как наши эмоциональные, физические и ментальные переживания. Видимые умершим образы целиком и полностью зависят от той культурной среды, в которой он рос, воспитывался и жил, поэтому они будут у каждого свои. А вот цвета, выражающие проявления энергий – одинаковые, потому что набор эмоций един для всех людей.
Прямо сейчас я могла освободиться от неведения, но не узнала свет сущности всех вещей, каковы они есть по своей сути. Значит, за все свои жизни мне не удалось очистить карму и она поведет меня дальше по миру Бардо умирания. А свет, вспыхнув, мгновенно померк и я погрузилась в кромешную тьму…
Глава 15. Здесь будет выбирать карма
…а когда вынырнула из нее, то увидела пустое пространство, залитое как будто лунным светом и оно было совершенно беспредельно-бесконечным, без начала и конца. Глаз, которыми я могла бы видеть, у меня больше не было, как и меня самой, даже дымки не осталось. Я как будто сама стала этим пространством и ощущала свое полное одиночество и покинутость, утратив свою личность, свое “я”, и понимание этого вызывало глубокое потрясение. Я не просто потеряла тело, но и саму себя тоже. Я больше никак не могла себя идентифицировать. Вот была я, а теперь этого ”я “ нет…