“Теперь мне самой интересно это выяснить, – добавила я вслух. – Вот только как? В мире богов мальчик надоумил меня прибегнуть к помощи айфона”, – и уже хотела его достать, но поняла, что снова совершила ошибку.
Так как демон одернул меня злобным взглядом:
“Ты что же думаешь? Только богам под силу все? Мы, асуры, тоже не лыком шиты! Отправлю тебя в сон во сне! Сам за тобой последую. Таким манером мы вместе истину узнаем. Ну а потом решу, что дальше с тобой делать!”
Я ужаснулась его последней фразе (что бы это могло значить?, он думает меня в конце прикончить?) и тут же поняла чтò его так взбесило. Я вспомнила, что демоны завидуют беспечной жизни богов больше, чем кому бы то ни было на свете, и за это люто их ненавидят! Конечно, мне не следовало их упоминать. Из ревности демон ни за что бы не дал мне воспользоваться советом бога!
Всем этим рассуждениям я не позволила оформиться в мысли, они лишь промелькнули где-то на задворках моего сознания, чтобы асур их не прочел и не разозлился еще пуще. А сама согласно закивала, нарочито восхищаясь его находчивостью, только сказать ничего не успела, так как некая сила бросила меня, словно тюфяк, на вдруг возникшую кушетку и я тут же провалилась во тьму, успев лишь подумать: “Ну и манеры!”
Вынырнула я из тьмы уже черным магом, в своей алхимической лаборатории. По стенам до потолка тянулись стеллажи с толстенными древними фолиантами. Длинный, во всю комнату, стол уставлен колбами всех форм и размеров, склянками с порошками всех цветов радуги, различными камнями и кусками металлов.
Я осознаю, что я человек и вижу сон во сне, но поскольку нахожусь в теле демоницы, думаю, чувствую и действую как она, и не в силах противостоять ей, ведь она черный маг, а мои возможности весьма скромны. Сейчас во мне будто бы сидят два человека сразу. Так часто случается в осознанных снах, поскольку для астрального тела нет никаких ограничений и возможно ощущать себя сразу всем на свете! Как будто я – это все, и все – это я. Это чувство всегда приносило мне непередаваемый восторг, но только не теперь, скорее, я его опасалась.