VI
Тем временем в клубе Марк отыскал в толпе Дашу, и всю ночь взглядом следил за каждым ее движением. В ответ Даша всем своим видом показывала, что не замечает его. Ее поведение вызывало у Марка неукротимую ревность и тревогу. Его самолюбие сильно задевало, что она нарушала привычный для него сценарий.
Даша не любила вспоминать бывших и у нее быстро появлялись новые поклонники.
– Все хотят использовать тебя, и кто говорит, что это не так – хочет больше остальных. Поэтому нужно использовать их первой как одноразовую посуду, – часто повторяла она с циничной интонацией в голосе среди своих подруг.
Она сидела за столиком напротив своего нового знакомого, беззаботно флиртуя с ним. Тревога Марка усилилась, когда он узнал ее собеседника.
Это был высокий мужчина тридцати лет спортивного телосложения с широким лицом и короткой стрижкой. Его выражение лица было холодным, серьезным и мрачным. Казалось, ему были чужды все положительные эмоции. Через несколько расстегнутых пуговиц черной рубашки выглядывала толстая золотая цепь с православным крестом, а на левом запястье сверкал золотой браслет.
– Как думаешь, почему она с ним? – поинтересовался Ян, приметив, что Марк не отводит от них взгляда.
– Женщины мечтают, чтобы для них делали все, а он как раз из сорта людей готовых на все.
– Он похож на колобка после отсидки, – засмеялся Ян. – Ты знаешь его?
– Да. Это Витя Долгов. Мастер спорта по боксу в тяжелом весе, – задумчиво сказал Марк.
– Чем занимается?
– Решает проблемы связанные с распространением наркоты в городе.
– Как?
– Например, если мне или Бесу кто-либо создаст трудности с продажами, то ему придется встретиться с ним и его командой. Трудностей, как правило, не возникает. Все знают о его репутации садиста, и проверить ее на прочность при мне никто еще не дерзнул.
– Поэтому Беса никто не трогает?
– Да. Видишь перекаченных типов с апельсиновым соком через два столика от них?
– Вижу. Здоровые. Он их мутагеном, что ли обрызгал? – заливался смехом Ян. – Готов поспорить, что они поллюционируют радугой на плакаты Шварцнегера.
– Он специально окружил себя полузверьками, которые крепче его физически, но слабее характером. Соком, кстати, они давятся из-за его запрета на алкоголь. Витя считает, что «все это слабости».
– А если кто-то из них ослушается?
– Тогда Витя показательно накажет этого кого-то в назидание остальным.
– Наверное, они в восторге от него.
– Их привлекает, что он твердо вышагивает по жизни, хватая все силой, ни с чем не считаясь. В то же время я знаю, что на него накатывают приступы доброты. На той неделе он напоил весь клуб, а когда еще не съехал с нашего района, один раз просто так дал крупную милостыню сожителю моей матери.
– Он жил в нашем районе?
– Да. В тисках держал весь район, спуску никому не давал.
– Почему я его не видел?
– Отец его был хануриком редкостным, опустился на самое дно и начал жестко колотить домашних, срывая злобу за неудавшуюся жизнь. Однажды его мать не выдержала и на Витиных глазах воткнула отцу кухонный нож в горло по рукоять, когда он пьяный задремал в кресле. Потом забилась в угол и ревела в истерике, а Витя смотрел, как отцовская кровь растекалась по грязному полу. Они провели весь день с трупом в комнате пока вечером не пришли доблестные стражи порядка, вызванные не менее доблестной соседкой. Матери дали пятнадцать лет колонии, а Витя провел остаток детства в приюте. Там его сразу же невзлюбили местные обитатели и долго издевались над ним: об кожу тушили бычки, об голову разбивали грецкие орехи. В какой-то момент от всех унижений он потерял сострадание и вместе с ним потерял себя. Схватил палку и забил до полусмерти одного из обидчиков. После этого его сразу же оставили в покое.
– Думаешь, поэтому он такой?
– Думаю, что из-за всех мучений, жизнь виделась ему бессмысленной и непонятной. Поэтому он решил жить по законам животного мира, на этом уровне ему все было ясно.
– А, что с ним дальше было?
– Он всерьез увлекся боксом. Фанат Тайсона. Стал чемпионом в турнире Климова и очень быстро начал строить всех в приюте, наводя свои порядки, которые стали жестче, чем были. Из приюта он попал в армию. Служил в спорт роте. Два года провел в интенсивных тренировках, сборах и соревнованиях. Домой вернулся мастером спорта. За счет жестокости с друзьями и с врагами быстро заработал авторитет на улице. Старшие заметили и предложили работу. Как только у него появились деньги, он сразу же перебрался из нашего района в центр. В родительской квартире почти не жил, поэтому мы ничего и не слышали про него. Я сам узнал о нем от Беса, только когда дурь стал продавать.
– Ему походу нравится, что его бояться?
– Еще бы, – ухмыльнулся Марк. – По его лицу видно, что он прется от уважения, построенного на страхе. Годами он создавал репутацию человека, которого лучше обходить стороной. Она походу не понимает, с кем играется. – сказал Марк, кивнув на Дашу.
Даша водила языком по соломинки от коктейля, похотливо глядя на своего нового знакомого. Витя отодвинул стакан и медленно поднялся с диванчика.
– Пойдем! – прогремел его командный голос.
Даша улыбнулась и покорно следом за ним поплелась к выходу, но проходя мимо барной стойки, подбежала к Марку.
– Жаль, что мы не успели закончить исповедь, – плаксиво сказала она на ухо Марку.
– Знаешь, на сегодня у меня не было планов, – оживился Марк.
– Это предложение? – кокетничала Даша.
– Пошли! – скомандовал подошедший к ним Витя, которого до бешенства разозлило ветряное поведение спутницы.
– Сейчас еще секундочку, мне нужно договорить с другом, – пролепетала Даша Вите, грозно смотрящему ей в глаза, не замечая Марка.
– Секунда прошла! – выкрикнул раздраженно Витя и, схватив ее за локоть, потащил за собой к выходу.
Она громко взвизгнула, ощутив боль от захвата. Сцена привлекла внимание окружающих. На Марка устремилось множество вопросительных взглядов знакомых.
Он сидел с растерянным выражением в лице, не отвечая на вопросы Яна. Спустя минуту Марк очнулся от своих размышлений и выбежал за ними на улицу. Он догнал их, когда они в обнимку подходили к Витиной машине припаркованной рядом с клубом.
Следом за Марком на улицу вышло несколько любопытных знакомых в предчувствии, интересного события.
– Мы не договорились когда! – крикнул он Даше, удивленной и одновременно впечатленной его безрассудной настойчивостью средневекового рыцаря.
С открытым ртом она стояла в полной растерянности не находя слов для ответа. В эту секунду у нее зазвонил телефон, и она воспользовалась разговором с подругой, чтобы взять паузу. Даша медленно отходила вдоль стены клуба, разговаривая по телефону, оставляя Витю и Марка наедине.
Витя рассматривал в упор появившегося соперника подавляющим взглядом, в котором читался вызов.
– Слышь ты! Фантик. Уйди в сторонку. Сегодня это мой кусок влагалища, – злобно произнес он.
Его командный тон звучал как у старослужащего в армии отдающего приказ новичку. Мышцы тела напряглись, казалось, что он готов сорваться с места и перегрызть горло.
– Для тебя кусок влагалища, а для меня любовь всей жизни, – сказал Марк решивший прибегнуть к хитрости, чтобы не идти на открытый конфликт.
– Чего?
– Я люблю ее. Пусть сама выберет между нами, – предложил Марк, воспринявший всю ситуацию как игру и очередной спор.
– Лады, – согласился Витя.
Идея показалась ему забавной. Даша уже уходила с ним и то, что она выберет его, у Вити не было сомнений.
– Выбирай между нами, – сказал Марк, когда Даша с осторожностью подходила к ним.
Ее щеки покрылись румянцем, а губы растянулись в улыбки. Даша была крайне польщена таким поворотом событий. При этом у нее присутствовало четкое понимание, что она является для них не более чем трофеем на вечер.
– Мне нужно подумать… – в растерянности сказала она.
– Те чё магазин здесь?! – вскипел Витя.
– Но мне нужно время, – сказала Даша жалобным голосом и умоляюще посмотрела на него.
– У тебя минута, – процедил Витя сквозь зубы, негодуя, из-за того, что ввязался в спор.
Даша принялась обзванивать подруг, советуясь кого же лучше выбрать. Витя с Марком в молчании удивленно смотрели на нее.
– Слышь, давай сделаем красиво и оба кинем ее, – предложил оскорбившийся Витя.
– Давай услышим ответ. Интересно же, – ответил решительно Марк, находясь в состоянии азарта.
В предчувствии интересного зрелища люди покидали клуб, выходя на парковку. Витя и Марк не заметили, как вокруг них образовалось просторное кольцо из людей. Зрители вели себя непринужденно: курили, перешептываясь о чем-то своем, смеялись. Новость о Дашином выборе молниеносно облетела кольцо.
С мрачным видом к Вите подошли друзья. Марк незаметно устранился от них и поспешил к суетившемуся Яну.
– Что ты опять замутил? – улыбался ему Ян.
Марк хотел ответить, но почувствовал, как кто-то дотронулся сзади до его плеча. Он обернулся, перед ним стояла Даша.
– Можно тебя на пару слов? – спросила она с игривым видом.
Они сделали несколько шагов в сторону.
– Марк. Я выбрала тебя – кротко сказала она, глядя на асфальт.
Опьяненный от радости победы Марк подбежал к Витиной компании.
– Извини друг, но она выбрала меня! – сказал он громко при всех с нахальной улыбкой победителя.
Витя впился в него хищным взглядом, не отводя глаз, словно крокодил на овцу.
– Ты че балаболишь?! – грозно крикнул он.
– Почему ты так со мной разговариваешь? – пробубнил растерянный Марк, не ожидавший такой реакции. – Иди сам у нее спро…
Марк камнем упал на землю. Витя, не дослушав, снес его сильным боковым ударом в челюсть.
Марк, валялся на асфальте, не понимая, что произошло. Он открыл глаза и увидел летящие в лицо Витины ботинки.
Вокруг началась паника. Кольцо наблюдающих сжалось около них, и Витины друзья оцепляли его по периметру.
– Вы чего творите?! – кричал шокированный от увиденной сцены Ян.
– Не шуми рыжий! Они решили выяснить один на один, – пробасил испуганному Яну один из Витиных друзей.
Ян поймал на себе Витин злобный взгляд и замолчал, инстинктивно попятившись назад.
– Че ты падаешь? Я ударил то тихонько. Вставай падла! – командным тоном бушевал Витя не без радости от зрителей.
Марк, медленно поднимался с земли, осознавая случившееся. Твердо, стоя на ногах, он распрямился в полный рост и смотрел в глаза сопернику, подавляя страх перед ним и его друзьями.
Даша, видя, что из-за нее дерутся, преисполнилась восторгом. Для нее не имело никакого значения кто победит или кто пострадает в драке. Значение имела сама драка и то, что она символизировала для нее.
– Хватит! – крикнула она, ради приличия и, оборвавшись, сразу же замолчала, словно испуганная что они и в самом деле могут прекратить бой.
Витя, глядя исподлобья, уверенно приближался к противнику. Марк, собрав все свое мужество, бросился к нему на встречу, со всей силы нанося серию ударов. Его прямой справа расшиб с хрустом Витин нос.
Витя отшатнулся, сделав пару шагов назад и с растерянным видом, провел ладонью по лицу. На пальцах заблестела густая кровь. Несколько секунд Витя с любопытством рассматривал кровь, зверея от ее вида. Его зрачки наливались кровью, а лицо неузнаваемо исказилось ненавистью. Витя крепко сжал ладонь в кулак и с бешеным взглядом решительно двинулся на соперника.
Когда Марка увидел звериный взгляд напротив, его парализовал страх и желание продолжать драку исчезло. Он не заметил, как снова оказался лежащим на асфальте. Витя сел на Марка сверху и подобно урагану обрушил тяжелые удары. В беспомощности Марк сжался в позе эмбриона, обхватив руками голову в попытке спастись от шквала ударов.
За избиением равнодушно наблюдали многочисленные знакомые Марка, покинувшие клуб. Те люди, что обожествляли его, восхищались и ловили каждое слово, теперь безучастно смотрели на его мучения через экраны своих телефонов. Никто из них даже не подумал попытаться остановить избиение. Никто не решился вступиться, боясь промолвить слова. В том числе и бледный Ян, повергнутый в ступор нарастающим страхом.
Витя слез с Марка и принялся со всей силы добивать лежачее тело ногами, как будто желая втоптать его в асфальт. Марк ощущал себя словно в аду. Все его тело горело, и пронизывала боль. Надежда на то, что кто-то из зрителей наберется смелости оттащить озверевшего Витю, исчезла. Он ждал, когда Витя устанет и не сможет продолжать побоище. Больше всего он хотел, чтобы его мучения прекратились. Но его ожидание было тщетным. Витя продолжал, не уставая, в бешенстве терзать свою жертву. Казалось, что с каждым ударом сил у него только прибавлялось. Марк оказался не в состоянии выдержать дальнейшего напряжения. У него не осталось сил, чтобы продолжать закрываться от Витиных ударов, и он перестал чувствовать их. Друзья Вити серьезно испугались, приметив, что Марк бездвижно лежит и сносит удары, но останавливать своего лидера не решались.
Остервеневшего Витю с трудом оттащили от тела Марка двое полицейских, случайно проезжавших мимо клуба. Он подумал, что его оттаскивают друзья, которые сразу же рассеялись в разные стороны, как только увидели блюстителей порядка.
– Кого еще порвать?! – кричал он во все горло на зрителей потупивших глаза.
Как только Витю затолкали в машину, к Марку сразу же подбежал Ян.
– Сейчас, сейчас приедет скорая! Я с тобой поеду! – тараторил он под впечатлением от случившегося.
Марк приоткрыл глаза. При свете фар Ян увидел, что все лицо друга разбито, нос сломан, а закрывавшие от ударов голову пальцы на руках переломаны.
– Не парься, – прошептал едва слышно Марк.
– Матушке что-нибудь передать?
– Не парься… – повторил Марк.
Витя сидел на заднем сидении отъезжающего от них полицейского уазика и как стервятник впился взглядом в лежащего Марка.
Ночную тишину разрывал шум сирен, примчавшийся машины скорой помощи.
– Прости! Прости меня, – молил Ян, ощутивший себя Петром, отрекшимся от Христа. По его щекам катились слезы.
– Забыли, – тихо сказал Марк и закрыл глаза.
Санитары положили его на носилки и понесли к машине. Двери захлопнулись. С опрокинутым видом Ян смотрел в след удаляющейся машине скорой помощи.