Здесь Апостол говорит уже без стеснения, одушевляясь тем, что сказал выше; уже не говорит: да будет позволено или что-нибудь подобное; но говорит ясно: сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих). А если Он – Господь Давида, то тем более – их. Седи одесную Меня. Этим высказал все. Доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих. Этими словами возбудил в них великий страх, подобно тому, как и в начале показал, как Бог поступает со Своими друзьями, и как – с врагами. А чтобы они лучше ему поверили, он опять власть приписывает Отцу. И т. к. он сказал истину высокую, то теперь опять низводит слово свое к уничиженному.
Итак твердо знай, говорит, весь дом Израилев, т. е. не сомневайтесь и не возражайте. А затем говорит уже со властью: что Бог соделал Господом и Христом Сего Иисуса. Это он припомнил из псалма Давидова (см.: Пс. 2, 2). Ему следовало бы сказать: «итак твердо знай, весь дом Израилев», что Он седит одесную; но т. к. то было слишком высоко, то он, оставив это, приводить другое, что гораздо уничиженнее, – говорит: соделал, т. е. поставил. Следовательно, он здесь ничего не говорит о существе, но все об этом предмете (т. е., о воплощении). Сего Иисуса, Которого вы распяли. Прекрасно этим заключил свое слово, чтобы чрез то потрясти их ум. Сначала показал, как велико это преступление, и потом уже открыто сказал о нем, чтобы лучше представить его важность и преклонить их страхом. Ведь люди не столько привлекаются благодеяниями, сколько вразумляются страхом.
Иоанн Златоуст, свт. Беседы на Деяния Апостольские // Иоанн Златоуст, свт. Творения в русском переводе в 12-ти тт. Т. 9, кн. 1. СПб.: Издательство Санкт-Петербургской Духовной Академии, 1903.