В первенствующей христианской Церкви особенными дарами Святого Духа, которых сподоблялись лишь некоторые избранные, были пророчество и учительство (см.: 1 Кор. 12, 28 и Ефес. 4, 11). Антиохийская Церковь к описываемому времени достигла такого духовного преуспеяния, что в ней были уже свои пророки и учители. Из них на первом месте Дееписатель называет Варнаву, вероятно, по особенному к нему уважению в первенствующей Церкви и по особенному участию в устройстве Церкви Антиохийской, а Савла – на последнем месте, т. к. он позднее всех вступил в общение с Антиохийской Церковью, да и самая его апостольская деятельность только что еще начиналась.
Упоминает Дееписатель еще троих, о которых в новозаветных книгах ничего неизвестно: Симеона, называемого Нигер, что значит «черный», вероятно, из римских прозелитов, как можно догадываться по прозвищу; Лукия, или Луция Киринеянина, – может быть, одно лицо с тем Луцием, кого упоминает ап. Павел в Послании к Римлянам (Рим. 16, 21; ср. Деян. 13, 1); Манаила, или Манаима, совоспитанника Ирода четвертовластника, т. е. Ирода-Антипы, тетрарха Галилейского. Это примечание характерно: воспитание при дворе Ирода Великого не оказало, следовательно, на него влияния.
Когда они служили Господу – греческое слово, употребленное здесь относится к храмовому священническому служению: вероятно, это была Евхаристия. Важно отметить при этом, что они постились. А современные сектанты, уверяющие, что они во всем следуют Священному Писанию, отвергают пост. Во время этого богослужения Дух Святой, вероятно, через одного или нескольких пророков, повелел отделить Варнаву и Савла на дело, к которому Он призвал их, т. е. на особенное благодатное служение Церкви Христовой. Как видно дальше, это было миссионерское служение для обращения ко Христу язычников.