и Стер бы мое имя, свое написал бы,
и Сорвал бы мою дверь, а свою поставил!»
к Его слово услышав, сразу жарко заплакал,
л Услыхал Гильгамеш слово друга, Энкиду, – побежали его слезы.
м Гильгамеш уста открыл и молвит, вещает Энкиду:
н «Тебе Бог даровал глубокий разум, мудрые речи —
о Человек ты разумный, – а мыслишь так странно!
п Зачем, мой друг, ты мыслишь так странно?
р Драгоценен твой сон, хоть много в нем страха:
рр Как мушиные крылья, еще трепещут твои губы!
с Много в нем страха, но сон этот дорог:
т Для живого – тосковать – его доля,
у Сон тоску оставляет для живого!
ф А теперь помолюсь я богам великим, —
х Милость взыскуя, обращусь к твоему Богу:
хх Пусть, отец богов, будет милостив Ану,
ц Даже Эллиль да сжалится, смилуется Шамаш, —
ч Златом без счета их украшу кумиры!»
чш Услыхал его Шамаш, воззвал к нему с неба:
ш «Не трать, о царь, на кумиры злата, —
щ Слово, что сказано, Бог не изменит,
э Слово, что сказано, не вернет, не отменит,
ю Жребий, что брошен, не вернет, не отменит, —
я Судьба людская проходит, – ничто не останется в мире!»
аа На веление Шамаша поднял голову Энкиду,
бб Пред Шамашем бегут его слезы:
III
4 «Я молю тебя, Шамаш, из-за судьбы моей враждебной —
4а Об охотнике, ловце-человеке, —
5 Он не дал достичь мне, чего друг мой достигнул,
Пусть охотник не достигнет, чего друзья его достигли!
Пусть будут руки его слабы, прибыток скуден,
8 Пусть его пред тобою уменьшится доля,