– Я просто хочу понять себя. Мне нужно пожить несколько месяцев без телефона, без ноутбука. Без планов. Самое главное: я не хочу никаких планов. Мне надо вернуться назад – до того, как я начала планировать эту жизнь. Что там было? Я не помню… Нет, ты не сделаешь меня сильнее. Ты поддерживаешь меня, но не развиваешь. Ты оберегаешь меня, но не даешь расти. Тебе нечего мне предложить, потому что внутри я сама неизвестность, само разрушение. Скрытое землей подземелье, где живут драконы. Мне нужна моя сила. Я хочу разбудить ее.
Следующим днем, как ни в чем не бывало, мы идем в кино. На обратном пути заходим в кафе. Мы не говорим о моем отъезде. Мы не разговариваем снова. Он пытается отвлечь меня городом, развлечением, едой.
Мы приходим домой, и еще у порога, по звону ключей в замочной скважине, по дребезжанию ушедшего лифта за спиной, я чувствую негу дома.
Как быстро «забирает» это убаюкивающее, с желтым светом, теплое пространство. Календарь на стене – от понедельника до красных «праздничных» точек.
Остаться еще на немного?
Остаться?
Наверное, так было задумано Вселенной: чтобы вернуть мужчину, надо вернуться к себе. Теперь он ждет меня. Он здесь, со мной, он смотрит на меня и слушает. Мы говорим – как никогда не говорили, гуляем вместе по улицам Москвы. Вечером он читает мои книги – книги, которые были ему безразличны: «Старик и море» и «Сто лет одиночества». «Мы ведь так хорошо живем, посмотри», – говорит он, открывая двери квартиры. Я смотрю через коридор, через кухню – вижу Индию.
Так проходит лето и осень.
Накануне
Центр Москвы, маленькое кафе на Таганке. Это наше кафе. Мы встречаемся здесь по пятницам, когда есть время. Моя подруга… она похожа на кошку.
Она кладет локти на стол, стучит по нему ногтями, опирается подбородком в сжатые кулаки и глядит на меня исподлобья.
Мы называем друг друга сестрами.
Я не помню, чтобы я плакала так раньше – чтобы слезы приходили вначале, а потом я чувствовала их на коже. Я не знала, что в этом может быть спасение: накалить ситуацию до предела, а потом отпустить ее.
– Ты знаешь, делить… делить нам нечего. За два года мы ничего с ним не нажили… Только книги. Заберешь мою половину?