В Рождество Пресвятой Богородицы
Ясли осень из золота сладила,
Хлебосольствует и медоносится,
Воспевая величие праздника.
Льется звон по деревням и селам,
Колокольный, вздыхающий бархат,
Став крылатым и перелетным,
Не желает вернуться обратно.
Ниткой вьется от храма тропинка,
Огибая у речки мосток,
Будто выскользнул и укатился
За овраг медных ниток клубок.
И поля, как большие кадила,
Курят ладан пшенично-ржаной,
И надело бескрайнее небо
На себя голубую фелонь…
«Боже, возблагодарю…»
Боже, возблагодарю
За любовь, любовь свою.
За любовь, что сердце мает
Воспеваю… Восклицаю:
ГОСПОДИ! ТОБОЙ УСЛЫШАН
МОЙ ПОЭТ —
ДУША МОЯ
РОЖДЕНА РОЖДЕНЬЕМ СВЫШЕ,
ЗДЕСЬ ОТНЫНЕ НЕТ МЕНЯ,
НО ДЫХАНИЕМ СЛАГАЮ
И ДЫХАНИЕМ ТВОРЮ.
ГОСПОДИ, ПРИМИ ПРИЗНАНЬЕ:
БОЖЕ!
…я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!..
«Быть может, там, за поворотом …»
Быть может, там, за поворотом —
За угловою запятой —
Меня подхватит нежный кто-то…
Своею лаской неземной.
Он понесет меня сквозь время,
Он пронесёт над бездной, где
Всё, что отвергнуло творенье
В моей распластанной судьбе.
Он не позволит мне сорваться,
Предвосхитив мою печаль,
Даст на мгновенье отозваться,
И я воспользуюсь. Едва ль
Он вместе сложенные крылья
Прижмёт к натуженной спине?
«Мой ангел, – я спрошу, – а был ли
Тот миг, что жизнь вручила мне»?
Он промолчит, ему ли словом
Поэту зашивать уста,
Он – Ангел, ангелам не ново
Стихопрочтенье мертвеца.
И, вероятно, отвернётся,
Глаза закрыв. Но, как ответ,
Меня задумчиво коснётся
Его непостижимый Свет.