И все они вместе наполняли пространство вокруг Твердыни огненными фильтрами. Бесчисленные слои сияющей, вибрирующей энергии, через которые должны были пройти нисходящие потоки сил Агни.
– Они пытаются создать ловушку воплощения, – констатировал Хранитель Порога, отслеживая действия жрецов в астральном плане. – Цепляют свои сети к кармическим узлам рода.
– Это их право, – невозмутимо ответил Хранитель Равновесия. – Но есть линии силы чище. Мы направим искру по ним.
Внизу, в своем мрачном святилище, Жрец Карон завершал свой обряд. Перед ним клубилось темное сияние – астральный двойник ребенка, который должен был родиться. Ребенка, чей род был отягощен поколениями насилия, болезней и безумия.
– Готово, – выдохнул он. – Магнит создан. Он притянется сюда. Его свет будет бороться с тьмой этого тела, и мы будем подпитываться этой борьбой.
Но он не видел всей картины. Он не видел, как из Твердыни Света устремился один чистый, тонкий луч. Он шел не через астрал, а через высшие ментальные планы. Этот луч был направлен в сердце семьи пастуха, жившей у подножия тех же Гималаев. Семью, не богатую и не знатную, но чистую сердцем. Они ждали ребенка. Это и был истинный канал.
Агни, приближаясь к Земле, ощущал оба «магнита». Один – громкий, навязчивый, визгливый, полный боли. Другой – тихий, чистый, как горный ручей.
Выбор был очевиден.
Искра Агни сделала последний рывок. Она пронзила слои атмосферы, оболочки планов, и устремилась к тихому дому у подножия великих гор.
В это же мгновение в святилище жрецов черное зеркало, в котором они видели свой будущий сосуд, треснуло с оглушительным треском. Темный астральный двойник ребенка рассыпался в прах.
Карон отшатнулся, ощутив ожог чистой энергии.
– Что это? Промах? – прошипел он в ярость.
– Нет, – мрачно произнес один из его присных. – Они создали другой канал. Чистый. Он уже там.
Ярость жреца была холодной и беззвучной.
– Что ж. Значит, мы будем бороться здесь. Он в теле. Он уязвим. Начинаем охоту.