Андреа Мантенья
Мадонна с херувимами. 1485
Пинакотека Брера
Какое-то время в несколько минут я буду называть части этой картины, и давайте постараемся направить свое внимание на эту часть и увидеть, например, лицо Марии, то есть направить внимание на лицо. Увидеть, постараться осознать ее состояние, но при этом не терять себя смотрящего. То есть наблюдать себя, который смотрит на изображение. Давайте начнем. Посмотрите на губы Марии…, на руки младенца…, на лицо младенца…, на одного из ангелочков вокруг…, на нижнюю руку Марии…, на лицо в левом нижнем углу…, на изображение в целом. И мне хотелось бы попросить вас сейчас поделиться наблюдениями.
Владимир: – Тут, мне кажется, есть тонкий момент. Или воображать, что ты разделяешь внимание и как бы смотреть на себя со стороны, воображая, что смотришь на себя со стороны. Или, собственно говоря, ощущать свое тело, которое смотрит на определенную часть рисунка и одновременно чувствовать себя внутри, совершенно ясно, совершенно четко понимая, что это тело смотрит, а ты, даже может, сохраняя фокусировку на определенной части картины внутренним вниманием, даже не поворачивая глаз, оценивать еще другие аспекты. Как-то так. У меня все.
Александр К: Спасибо. Есть ли еще наблюдения?
Лилия: Я хотела бы тоже присоединиться к тому, что вы сказали до этого. На самом деле, такое ощущение, что ты сначала чувствуешь свое тело и смотришь через свое тело на какой-то фрагмент. Но вот у меня все время получалось, что та часть моего тела, которая смотрит на этот фрагмент, находится где-то в солнечном сплетении. У меня по-другому никак не получалось.
Александр К: Спасибо, сейчас одну секундочку. Есть прямо вот так описанное, с такими словами, усилие смотреть через глаза. То есть ты одновременно видишь и понимаешь, что ты смотришь через глаза этой машины, но я хочу предостеречь и предупредить, что все, что мы с вами описываем с помощью языка, – это очень условно, а внимание – это довольно точно.
Саодат: – Да. Я почувствовала, что у меня были моменты, когда мне надо было смотреть на ситуацию не вникая, и в этом моменте я смотрела, как вы говорите, но одновременно я не вникала, я не там находилась, я старалась находиться за ситуацией. Сверху смотреть, не вникая ни интеллектуально, ни эмоционально. Для меня в моей жизни очень надо было не вникать ни интеллектуально, ни эмоционально – очень жуткие процессы. Я была просто вынуждена. И в этом случае тоже вот старалась, как бы опираясь на мои бывшие практики, или не практики, а опыты, вот и не думала ни о чем. Вот вы говорите и смотрите – всё. Мне не хотелось терять много энергии на это. Хотелось минимальных затрат энергии, это же энергия, когда внимание даю, нет цели, но я просто смотрю, потому что надо смотреть что-то, чему-то учиться.
Александр К: Спасибо! Это очень глубокое и сильное наблюдение, оно говорит о том, что Саодат, скорее всего, знакомо. Может быть, просто бывают ситуации, когда у человека бытие опережает знания. Он уже делает что-то, но потом где-то читает или слышит то, что он делает, и вещи совмещаются, и приходит понимание. И вот в данном случае это часть этой практики, то есть, просто смотреть и у тебя получится просто смотреть без отождествления. Отождествление – это новый для вас термин, в дальнейшем одна из лекций будет посвящена отождествлению. Смотреть без отождествления, то есть без вот этого второго типа внимания, когда тебя что-то захватывает, и чтобы иметь возможность это делать, необходимо разделить внимание. И если ты разделяешь внимание, ты становишься свободен от того, чтобы быть вовлеченным в то, на что ты смотришь. Или просто-напросто ты становишься свободным от того, чтобы провалиться в воображение по поводу того, на что ты смотришь. Ты остаешься в настоящем.
Вилана: – Я хотела спросить, когда происходит внимание на том предмете, о котором вы сказали, машина, как тело. Глаза, как будто бы залипают в этом, на эту часть тела, а ты находишься внутри, и сложно перевести взгляд на другой предмет, нужно опять вернуться и заставить себя поменять, посмотреть на другую часть тела, и потом она опять залипает, эта машина. И возникает внутреннее беспокойство, ощущение внутреннего беспокойства и внешне, как мурашки бегают по лбу – это реакция чего?
Александр К:
Мы все очень разные, и у нас разные машины с разными центрами тяжести, с разным опытом, и поэтому в процессе вот этих усилий, которые новые для машины, могут возникать совершенно разные реакции. Нельзя сказать, что есть какие-то реакции, которые являются чем-то особенным, желательным или нежелательным. Все, что необходимо делать, – это просто наблюдать. Вот вы сейчас сделали наблюдение, и у вас появилось наблюдение, что когда я разделяю внимание, возникают такие ощущения – моя машина так себя ведет. Выводов и анализа пока делать не нужно. Нужно, много-много времени провести с наблюдением себя. И только потом, уже на основании знания о центрах низших, на основании знания о том, что такое сущность, личность, рабочая личность, ложная, что такое высшие центры, делать какие-то выводы. Но для начала можно сказать, что ощущение, как правило, относится к инстинктивному центру.
Александр К: Есть ли еще какие-то наблюдения? Было больше желающих, по-моему. Давайте попробуем еще один способ разделять внимание, он немножко другой, я бы хотел попросить почитать вслух, и упражнение будет заключаться в том, чтобы прочитать небольшой текст, цитату и при этом слышать звук своего голоса. Кто бы хотел, поднимите руку, пожалуйста. Владимир, Юлия, Ольга давайте в таком порядке: сначала Владимир, потом Юля, а потом Ольга.
Сейчас у нас цель – это произвести звук с разделенным вниманием. Здесь вникнуть в смысл, может быть, не так важно. Важно не уснуть.
Владимир: «Бог живет в вечном настоящем. Его знание превосходит все движение времени и пребывает в простоте этого непосредственного момента». Боэций.
Юлия: «Если бы знание, которое я вам передаю, исходило от меня, оно бы исчезло. Но оно от Бога, и поэтому оно никогда не исчезнет». Джемаледдин аль-Хусейни
Александр К: А могу я, попросить вас прочитать раза в полтора, в два медленней, стараясь максимально быть расслабленной, и оставить часть внимания на себе. То есть здесь нет никакого правильного прочтения, не должно как-то правильно прозвучать. Идея в том, чтобы осознанность осталась.
Читайте ещё раз.
Ольга: «Уныние в душе, как смертоносное облако, убивает семена добродетели и все плоды
интеллекта». Франческо Петрарка
Александр: У кого-нибудь есть наблюдения?
Юля: Наблюдение – по-другому начинает биться сердце. Неважно, с чем это связано, сама наблюдаю сейчас в себе физическое состояние измененное. Во мне, наверное, по ощущениям, наблюдала, что после первого прочтения текста мне казалось, что я понимаю смысл. Но когда Вы меня попросили прочитать во второй раз, поняла, что не помню, о чём этот текст. Да, и внутреннее напряжение было какое-то при прочтении, хотя оно сложно сознанием воспринимается.
Александр К: Спасибо, это наблюдение очень интересное, потому что оно показывает, что человек может прочитать текст, и впечатления от прочитанного не входят. Хотя субъективно у меня есть переживание, что я прочел. Поэтому Гурджиев просил читать любую книгу 3 раза. И у нас будет упражнение на эту неделю – читать один сонет Шекспира с разделенным вниманием, но делать это два раза. То есть, постараться сделать так, чтобы впечатление вошло.
Здесь разделенное внимание выступает в качестве проводника впечатлений, которые окружают человека. Впечатления – это пища для высших центров. Если я слишком тороплюсь, или слишком медленно что-то делаю, или мое внимание захвачено чем-то, то есть находится в отождествлении, это впечатление не входит. Но если впечатления входят, моя машина начинает производить гораздо больше тонкой энергии. И эта энергия питает высшие центры.
Разделенное внимание можно также использовать, когда человек слушает звуки, например, речь или просто звуки окружающего. Я сейчас сижу, есть звуки от соседей, есть звуки капели за окном, у нас в Москве плюсовая температура, начал таять снег, вентилятор компьютера. И можно сделать усилие сейчас – начать слышать звуки, которые окружают, постепенно добавляя к этому больше и больше. Сначала услышать один самый громкий звук без напряжения. Это не должно быть животным вниманием, простое легкое внимание. Потом добавить к этому еще один звук, потом, не теряя этих двух, добавить третий, может быть, часы тикают или что-то еще. И в этом состоянии слушания не позволять мыслям уводить. Вернуть эмоциональный центр. Настоящий момент должен стать интереснее, чем все остальное. Не думать, что будет после лекции, куда я хочу попасть еще.
Практика показывает, что неважно, что слышать. Что если делать эти усилия, то даже технический шум стройки или метро будет работать. Вопрос в том, чтобы делать это беспрерывно.
Учитель говорит, что старайтесь использовать это упражнение на концертах классической музыки. То есть, он просит студентов ходить в концертный зал периодически, в консерваторию, и, слушая классическую музыку, использовать разделенное внимание. И тогда вместо технического шума, вместо низких впечатлений, мы начинаем вводить в себя более тонкие субстанции.
Сейчас мы учимся раскрываться с помощью разделенного внимания, начинать слышать и видеть. Но эта система на этом не заканчивается. Дальше мы учимся выбирать, что именно мы вводим внутрь себя, какие именно впечатления. И этому посвящено отдельно три лекции во второй части.
Но даже просто слушать, просто смотреть с разделенным вниманием, меняет состояние. И это один из способов, одна из техник, у нас есть другие техники в этой школе – последовательность и рабочие «я», но это один из способов прийти к состоянию самовоспоминания.
Если вам, например, нужно много говорить, вы можете говорить и слышать звук своего голоса. Если вы много слушаете, то вы можете слушать с присутствием.
Учитель говорит, что разделенное внимание – это все. Когда оно есть, все остальное теряет смысл. Это не просто усилие разделить внимание, это то, что открывает дверь внутри человека в волшебный мир. Это значит, что ты можешь идти по улице, по темной улице, выносить ведро, и вспомнить об этом инструменте, и начать разделять внимание, и твоя жизнь в этот момент сразу же изменится. Человек останется, декорации вокруг этого человека останутся, но состояние восприятия этого мира изменится.
Вот, Саодат, она просто описала картину, рассказывая свою ситуацию. Что вокруг есть шторм или буря какая-то, но человек разделяет внимание и остается нетронутым этой бурей. И это основа всей нашей работы. Мы используем разделенное внимание, не позволяя этому миру затащить или вернуть нас в сон. И тогда внутри появляется нечто, появляется ядро, которое остается нетронутым, в какой бы ситуации человек не находился. Это переживается в эмоциональном центре. В разных традициях, практики, я вот читал, например, про самураев, что они садились на коней и ехали на базар, чтобы проверить на прочность те качества, которые они развили в себе. И у нас есть обычный магазин, можно прийти, например, в магазин за продуктами и проверить свое разделенное внимание на прочность. Получится ли не потерять себя, покупая продукты. Продолжать слышать, продолжать видеть с разделенным вниманием, когда ты выбираешь продукты или на кассе говоришь.
Василий К:
Мы собрались здесь, чтобы посвятить время некоему новому знанию, которое не направлено на то, чтобы как-то внешне улучшить нашу жизнь, сейчас мы как бы берем немножко от сферы нашей обычной жизни времени, энергии и направляем это на новую сферу, которая позволяет использовать ту жизнь, которая у нас есть для того, чтобы развить сознание. И сегодня мы будем говорить о внимании.
Внимание – это центральная вещь в работе на четвертом пути. С какой-то точки зрения, внимание это все, что есть у человека. И внимание является проявлением сознания на уровне функций или в человеческих функциях. Возможно, на одной из прошлых лекций говорилось о том, какие есть функции. Что есть четыре центра в человеческой машине или четыре разных ума. Это инстинктивный, двигательный, эмоциональный и интеллектуальный.
И можно сейчас попробовать найти внимание в наших функциях, почувствовать его. Чтобы мы могли быть осведомлены об этом внимании, мы можем взять сейчас несколько упражнений сразу для нескольких наших функций.
Давайте начнем с двигательного, потому что, собственно, двигательный центр нас сюда и привел. Он пришел ногами в квартиру или в помещение, где есть компьютер, разобрался, как подключиться к конференции, сейчас он поддерживает какую-то позу, чтобы нам было видно друг друга. И можно поместить сейчас часть внимания на двигательный центр, то есть увидеть в какой позе мы сидим. И упражнением для двигательного центра будет не прикасаться к лицу, потому, что обычно происходят какие-то движения, когда мы хотим почесаться, и мы даже не замечаем, откуда они берутся. Поэтому на время этой лекции давайте возьмём упражнение не прикасаться к лицу. Не потому, что это плохо или неправильно, если кто-то прикоснется к лицу, ничего плохого не произойдет. Это будет интересный момент для наблюдения, только и всего. Этот момент позволит просто обнаружить опять внимание в двигательном центре.
У нас есть еще интеллектуальный центр, который возможно заставил многих из вас найти эти лекции.
Инстинктивный центр продолжает жить своей жизнью, поддерживает разные процессы, которые нужны в организме и там, в общем-то, почти нет никакого внимания и нет необходимости в нем. Нам не нужно ощущать свой пульс или температуру тела, пока условия нормальные вокруг, пока мы здоровы, и все хорошо. Поэтому можно сейчас не работать с инстинктивным центром. Но когда мы чувствуем ноги, стоящие на полу, это внимание будет привлечено и к инстинктивному центру тоже, потому что ощущает, осязает – это инстинктивный центр. Поэтому, когда мы чувствуем ноги на полу, у нас определенное внимание появляется намеренно в инстинктивном центре.
Интеллектуальный центр готов воспринимать информацию, какие-то новые идеи готов услышать. И это его нормальная функция, но чтобы привнести чуть больше намеренности в это внимание, давайте стараться не оценивать идеи, которые мы услышим и не сравнивать их с тем, что мы уже знаем, а воспринимать их как есть. Не уходить в размышления, о том, что вы слышите. Просто продолжать слушать, продолжать видеть говорящего.
Эмоциональная функция тоже сейчас работает. Можно ее наблюдать, если поместить внимание в солнечное сплетение. Здесь находится эмоциональный центр. Он обычно реагирует на людей. Можно видеть, если кто-то улыбается, то у нас тоже появляется улыбка на лице. Так работает эмоциональный центр. Некоторые люди, которые здесь видят друг друга, не знакомы, поэтому может присутствовать такая осторожная эмоция. Это связано, возможно, с инстинктивным центром, который боится оказаться в какой-то неловкой ситуации. Поэтому можно для эмоционального центра взять упражнения стараться смотреть на экран, на говорящего, и стараться не иметь грустного или серьезного выражения лица, здесь в этом нет никакой необходимости. Мы не говорим ни о чем слишком серьезном, нам не нужно казаться серьёзным, чтобы понравиться друг другу, привлечь к себе какое-то внимание. Просто можно поместить часть внимания на своё лицо, чтобы не было лишнего напряжения, и поддерживать нейтральное, слегка позитивное выражение лица.
Вот у нас есть упражнения практически для всех функций: мы стараемся не прикасаться к лицу, мы стараемся чувствовать стопы, которые стоят на полу, не сравнивать, не анализировать идеи, которые мы слышим, и стараемся поддерживать нейтральное или немного позитивное выражение лица, не быть слишком серьёзными или какими-то грустными.
Есть разные уровни внимания в каждом из центров. Есть уровень рассеянного внимания, в котором в основном человек проводит свою жизнь, когда мы все делаем практически автоматически, без какого-то внимания, вещи не запечатлеваются в памяти. Двигательно мы, выходя из квартиры, запираем двери. Часто бывает, что мы в ту же секунду забываем, заперли мы дверь или нет, дергаем ручку еще раз, чтобы проверить, да, заперли. Или при выходе из дома вдруг приходит мысль – выключили ли мы утюг или плиту. Потому что нет памяти об этом действии, оно совершенно механично и совершалось с рассеянным вниманием. Так мы говорим друг другу «привет», когда встречаем знакомого человека, с которыми нет каких-то особенных эмоциональных отношений. То есть это заученные эмоции.
В интеллектуальном центре у нас всплывают мгновенные ответы на какие-то вопросы, название вещей, свое имя, или когда кто-то, другой человек называет свое имя, мы часто забываем, потому, что действуем из этих механических частей наших центров, где внимание рассеяно.
То есть, это такой уровень внимания, в который человеческая машина старается переместиться, чтобы меньше тратить энергию. Машина действует по принципу выбора пути наименьшего сопротивления, и как только ситуация или какое-то действие становится привычным, оно совершается с рассеянным вниманием. Мы говорим «привет» человеку, которого мельком знаем. Мы занимаем какую-то привычную позу, когда сидим, мы, в общем, об этом не осведомлены. Наши руки совершают движение, когда мы хотим почесаться. И интеллект выдаёт какие-то названия вещей, просто похожих по сути или по описанию на то, что мы знаем или помним.
Александр К: Что нам интересно в связи с этим вниманием в нашей работе? Нам интересно проверить одну вещь, что, когда человек действует с рассеянным вниманием, где он находится? Потому что когда что-то само запирает дверь или что-то само говорит «привет», человек переживает это как «я». Если человека спросить: «Кто закрыл дверь?» «Я закрыл, я просто не заметил». Или: «Кто сказал привет?» «Ну, я сказал привет».
Но нам интересно увидеть эту ситуацию по-другому. Мы хотим ее увидеть таким образом, что на самом деле самого человека в это время тут нет и понять, где он находится в тот момент, когда машина действует автоматически.
Василий К: Есть еще один уровень внимания в машине – внимание привлеченное. Когда что-то внешне овладевает нашим вниманием, и тогда внимания становится больше, но по направлению к какой-то одной детали происходящего вокруг нас. Когда нас кто-то окрикивает, мы, услышав свое имя, оборачиваемся и внимательно слушаем, откуда это крикнули, кто это крикнул. Или, когда идет, например, для мужчины симпатичная девушка, то его взгляд к ней автоматически приковывается, он ее разглядывает на фоне каких-то людей, которые проходят мимо, на которых его взгляд даже не останавливается. В интеллектуальном центре, если мы интересуемся какой-то темой, например, темой четвёртого пути, нас могут заинтересовать книги в магазине, которые имеют к этому отношение. Внимание будет притягиваться к этим книгам, к этим темам в интернете, может быть, чье-то внимание привлекло название этой лекции потому, что она как-то связана с именем Гурджиева или темой сознательной эволюции. Очень многие вещи привлекают наше внимание, когда они нам интересны, то есть есть в этом определенный эмоциональный элемент. Например, еда какого-то необычного вкуса может привлекать инстинктивное внимание, необычный запах. То есть, много-много разных внешних вещей способны захватить наше внимание. И тогда его становится много, но оно все привлечено к чему-то одному, и при этом мы не замечаем чего-то другого. Может быть, вы видели людей, которые идут по улице, смотрят в телефон, читают там явно что-то интересное, или переписываются, и они не видят, куда они идут, потому что все внимание в телефоне. Или бывают люди, которые настолько увлечены разговором на какую-то интересную для них тему, что они пропускают остановку в метро, поезде или автобусе, потому что очень интересный разговор, все внимание теме разговора. Или когда мы едим очень вкусную еду, мы можем случайно прикусить язык или щеку, потому что внимание на вкусе или на чувстве голода. Интересно наблюдать, когда вдруг появляется такое качество внимания.
И, наконец, есть еще один уровень внимания, самый высокий для человека, – это уровень намеренного внимания. Он так же для всех является знаком, такого внимания обычно в жизни совсем немного. У нас есть внимание такого качества, когда мы изучаем что-то новое. Например, когда мы впервые учились кататься на велосипеде, наверное, все через это прошли. Было очень много внимания. Мы старались почувствовать, как надо поставить ногу, как оттолкнуться другой ногой, как поймать равновесие, как держаться за руль. То есть было очень много всего, что требовало внимания. Но как только мы освоили это, у нас внимание стало опять рассеянным, мы научились ездить на велосипеде, и теперь даже не обращаем внимание, как это делаем. То же самое с ездой на машине. Обычно автомобилисты говорят, что момент, когда хорошо научился водить машину, – это момент, когда ты можешь ехать и думать о чем угодно. То есть уже достаточно рассеянного внимания, оно может уже где-то блуждать в каких-то интересных мыслях. Но когда мы учились, было очень много внимания. Когда мы изучаем какую-то новую дисциплину, какой-то предмет, у нас есть намеренное внимание даже, может быть, в интеллектуальном центре. Мы сопоставляем какие-то идеи с тем, что мы уже знали раньше, стараемся убедиться, запомнили мы или нет какие-то вещи, когда знакомимся с чем-то новым.
И в эмоциональном центре проявление такого уровня внимания обычно связано с тем, что мы стараемся почувствовать, что же чувствует другой человек, увидеть, что он чувствует. У некоторых людей это лучше получается, у некоторых вообще не получается. Потому что обычно в эмоциональном центре у нас либо рассеянное внимание, это такие дежурные эмоции, когда мы просто мельком с кем-то видимся, отвечаем на какие-то вопросы: привет, как дела, ничего, нормально, как поживаешь, что хорошего, сам как поживаешь… Это рассеянный уровень внимания. Или привлеченный уровень внимания, когда мы видим человека, который нам очень нравится: «Здравствуй, дорогой, как рад тебя видеть, такой замечательный, хорошо сегодня выглядишь!» Тут уже внимания очень много. Но редко мы пытаемся почувствовать, что же чувствует другой человек. Потому, что у нас все внимание обычно на какой-то одной детали, чаще на себе самом.
Вот такие есть три уровня внимания в человеческой машине. Оно всё механическое, но качество внимания возрастает от рассеянного внимания к вниманию намеренному.
Давайте попробуем сейчас вернуться вниманием к нашим функциям и еще раз почувствовать стопы на полу. Обратим внимание на то, что происходит в эмоциональном центре. Мы уже привыкли к виду друг друга, можно посмотреть на лица, почувствовать, какой отклик у нас эмоционально возникает, почувствовать лицо, направить сюда внимание (показывает на лицо рукой), чтобы быть осведомленным о том, какое у нас выражение лица. Направить часть внимания, наш интеллект в голову, думаем ли мы о чем-то, обдумываем ли мы какую-то мысль или сейчас нет мыслей.
И есть еще особый вид внимания, который иногда встречается в жизни, в каких-то очень, может быть, редких ситуациях – это разделенное внимание. Это когда одна функция наблюдает за другой. Может быть, когда в детстве играли в прятки, старались спрятаться как можно лучше, находили какое-то укромное место, и старались затаить дыхание, начинали слышать, как громко бьется сердце, какие-то маленькие шорохи, которые издает какое-то незаметное движение, то есть начинаются наблюдение одного центра за другим. Возможно, что какие-то преступники, сами того не зная, используют определенный вид разделенного внимания, когда залезают человеку в карман чтобы украсть кошелек, потому, что можно выдать себя каким-то неловким движением. И, возможно, там есть элемент наблюдения одного центра за другим. Но в рамках этой работы есть такой отдельный вид разделенного внимания, который в жизни мы, наверное, никогда и не использовали, потому что в нем нет никакого смысла в жизни, он ничему не помогает. И мы можем сейчас попробовать это сделать. В основном мы получаем информацию через функцию смотрения, инстинктивный центр смотрит, это одна из его функций, и в основном мы видим вещи, это основной канал восприятия.