Вы отделяете одно от другого – цель/задачи жизни от радости жизни. Но их не нужно разделять! Цель (задачи, предназначение) есть всегда, а вот насколько большая, зависит от уровня сознания Души. Юной Душе не дадут сложных задач, а Душе постарше будет тесно среди простых задач. Не нужно относиться к задачам как к утомительной работе: какие бы задачи мы ни выполняли, мы живем прежде всего ради любви и радости. А вот поводы для радости бывают разные, уровни, на которых познается любовь, бывают разные. В этом глубина понимания жизни.
Какими же бывают наши задачи на жизнь?
Наши задачи начинаются с тех людей, которые окружают нас, с той среды, в которой мы рождаемся. Это наши родительские семьи, наши собственные семьи, другие близкие для нас люди. Взаимодействуя с ними, мы чему-то учимся. Например, задачей жизни может быть научиться жить в семье, понять, что семья в действительности не лишает свободы.
Татьяна хотела найти выход из сложного душевного состояния: уже несколько лет нет желаний, ярких эмоций, не понимает и не чувствует себя, несколько депрессий в течение жизни.
Первое увиденное воплощение рассказывало о ее внутренних проблемах, утрате чувства безопасности в жизни, но не дало выхода на первопричину ее состояния, и тогда я интуитивно решила сделать запрос на задачи жизни Татьяны.
В одном из воплощений видит себя женщиной. Она из состоятельной семьи, детство и юность прошли в любви родителей, в легкости и беззаботности. Она мечтала о свободе и независимости, замуж совсем не хотелось, но ее выдали за того, кто соответствовал по статусу и кого она совсем не любила. Там появляется чувство, что она себе больше не принадлежит, что она ничего не может изменить. К 40 годам ощущение тяжести, внутренне совсем потухла.
– Давайте поразмышляем над смыслом смирения. Есть смирение как грань принятия судьбы, принятия смысла происходящего, но для Вас смирение там стало состоянием опущенных рук.
– Да, да, именно так! У меня четкая параллель с моей нынешней жизнью, потому что мой брак сейчас для меня – это моя клетка. Выйдя замуж и родив детей, я перерезала себе все каналы независимости и свободы. Я не могу позволить себе уйти из семьи, потому что я не чувствую это правильным, и я люблю и мужа, и детей и в то же время не вижу возможности быть свободной, оставаясь в семье. Будто всю жизнь не могу разрешить головоломку…
– Ну так вот этот урок и тянется для Вас из прошлого – научиться быть свободной, оставаясь в семье!
Здесь работали над пониманием семьи как задачи жизни, над правильным пониманием смирения и внутренним отказом опускать руки, отпускали блоки. Стало легче, но не до конца.
– Еще есть тревога… Я желаю свободу, но боюсь ее, я не знаю, что буду делать с ней. Поэтому это смирение – это как оправдание для меня, что не делаю ничего для своей свободы.
– Это происходит, потому что внешняя свобода, которую Вы умом понимаете как свободу, в действительности вам не нужна. Вы не знаете, что делать с внешней свободой… Представьте себе, что завтра утром Вы проснетесь и нет больше Вашего мужа, детей, никаких ограничивающих факторов, – Вы свободны! Вот именно с этой свободой Вы не знаете, что делать, она Вас пугает. В действительности Вы нуждаетесь несколько в иной свободе.
– Да!
– Вы отказались от внутренней свободы, потому что опустили руки, впустив в себя это парализующее смирение, оно заблокировало Вам ощущение жизни.
Здесь долго работали над пониманием свободы внешней и свободы внутренней.
– Да, я чувствую, что блок уходит! У меня по ладоням пошла очень приятная вибрация. Ощущение, будто через пальцы рук уходит какое-то напряжение, прямо тряска какая-то в руках!
– Теперь снова подумайте о своей семье, о своем муже, детях. Какое первое чувство?
– Спокойствие! Раньше было ощущение сопротивления и чувство, что они меня ограничивают, а сейчас это ушло и проявилось чувство стабильности и спокойствия.
Наши задачи в воплощении – это также наработка, шлифовка каких-то внутренних качеств.
С Ксенией мы работали с запросом о предназначении, и раскрылся следующий опыт.
Первое воплощение. Америка, середины XX века, она мужчина, работает на бирже, очень успешен, но из-за работы он потерял семью. Когда-то очень любил свою жену, собственно, он и не переставал ее любить, но деньги каждый раз оказывались важнее. Почти все его внимание и время были для работы, это привело к разводу. Жена и дочь уехали далеко, они почти не виделись. Он скучал, страдал, но тем не менее не жалел о сделанном выборе в пользу работы, успеха и денег. Погиб в ДТП, когда ему было около 50 лет.
После смерти Наставник говорит о том, что он неверно расставил приоритеты, что был эгоистом, что недолюбил. У него щемит сердце, но в то же время даже там о выборе в пользу денег он не жалеет…
Второе воплощение. Франция XVIII века, она женщина, служанка в богатом доме, внутренне сильная, с крепким стержнем, хотя резковата, суховата в чувствах. В юности мечтала о любви, о семье. Но вышла замуж за богатого мужчину, который был частым гостем в том доме. Он любил ее, но она его – нет, она пошла за деньгами и комфортной жизнью. Родила двоих детей, любила их, прожила до глубокой старости. Жизнью была довольна, хотя и по-настоящему счастливой не была.
После смерти Наставник говорит, что в ее жизни не было любви, не было близкой Души, что она должна была пойти по другому пути, выбрав парня ее статуса, где были бы чувства, но и испытания. Она слушала Наставника, спорила с ним, пытаясь утверждать, что она же любила детей, не понимая, что Наставник говорил о важности другой любви. Она так и не поняла там, что сухое довольство жизнью и настоящее счастье, от которого поет Душа, – это не одно и то же. Спорила, что была же довольна своей жизнью, не понимая, что это довольство было ошибкой, следствием ее слабости, что там она снова не прошла искушения деньгами.
Ксения отметила, что в этой жизни она не знает нужды, но у нее часто бывает ощущение финансовой неудовлетворенности, чувство, что денег должно быть больше. Вскрылся тут и ее страх бедности, который она не вполне осознавала ранее.
Мы отправились поговорить с Наставником о ее нынешней жизни. Он подтвердил, что неумение отказаться от денег – это все еще ее слабое место, и сказал, что в этой жизни ее снова ждет искушение деньгами.
Наш сеанс на этом не закончился, нам еще было с чем поработать.
Любой профессиональный опыт, навыки, которые мы приобретаем в воплощениях, закрепляются в течение нескольких жизней, проходят несколько стадий. И нашими задачами становятся изучение новых сторон жизни через профессию, дальнейшее развитие уже полученных ранее навыков.
Катя уже выбрала себе профессию психолога, не сомневалась в ней, но хотела больше понять о своем профессиональном призвании и удостовериться, что идет верным путем.
Первое из раскрывшихся воплощений.
XIX век, Германия. Видит себя врачом, но не понимает, каким именно. Есть семья, но он отстранен от них, слишком погружен в работу. Отправляемся посмотреть работу. Он работает в психиатрической больнице.
– Я невролог!
– Как много Вам удалось узнать там, понять о людях, об их психике, задумываетесь ли Вы о Душе? Или смотрите на все с материалистической точки зрения?
– Да, я задумался о Душе! Мы так жестоко их лечим… очень жестоко… я так разочарован в этом. Есть понимание, что нужно как-то иначе, но не понятно как.
– Удалось ли Вам в той жизни пойти дальше представлений о лечении того времени, понять что-то большее о человеческой Душе?
– Да, я начал говорить с ними (с пациентами)!
Ему не сразу удалось услышать человека, почувствовать, заглянуть глубже – в Душу, но в итоге получилось.
– К чему это привело Вас?
– Я обратил внимание других врачей на то, что не так жестоко надо лечить.
– Вас услышали?
– Не все.
– Как далеко в итоге Вы зашли в попытке найти другой метод лечения?
– Я поздно понял, я был уже стар…
По возвращении в Тонкий мир Наставник говорит ему: «В следующий раз ты сделаешь лучше».
Отправляемся в это следующее воплощение.
– Я старый мужчина, в римской тоге. Я философ!
– Что именно интересует Вас в той жизни, чем Вы больше всего занимались?
– Я изучал человека.
– Как Вы это делали?
– Я наблюдал за людьми, их поведением, я ходил молча и смотрел… Люди слепы, у них ложные идеалы, они все несчастны… Я чувствую, что я могу их понять, заглянуть им в Душу, понять, что происходит у них внутри.
В один из моментов видит себя на площади:
– Я что-то собираюсь сказать людям, их много. Я пытаюсь учить их жить, а они смеются. Я говорю правильные вещи, но неправильно говорю, поэтому никто не понимает… Чувствую себя немного одиноким от того, что не с кем разделить свое мировоззрение.
– Вы кого-то любили в той жизни, семья была?
– Это было неважно.
По возвращении в Тонкий мир Наставник говорит о том, что у него должна была быть семья там, но он не увидел возможности. Это помогло бы ему по-другому выражать его мысли в попытке достучаться до людей. И снова говорит, что нужно будет попробовать еще раз.
Так мы изучаем одну и ту же профессию из жизни в жизнь, постепенно, с разных сторон, со своими успехами и ошибками. Если человек не отворачивается (сознательно или подсознательно) по какой-то причине от своих внутренних ресурсов, то легко находит и свое профессиональное призвание.
В противном случае иногда приходится дополнительно поработать, чтобы принять ресурс.
Алла недавно кардинально сменила профессию, выбрав нейрографику, чувствовала и сильное влечение к этой деятельности, и в то же время внутренний тормоз, сложности с проявлением себя, нехватку уверенности в себе.
Погружаемся, делаем запрос. Видит себя женщиной. Англия конца XIX – начала XX века. Она замужем, есть дети, очень счастлива в семье. Лечила людей руками, много разговаривала с ними об их душевных проблемах. Говорит, они потерянные, запутавшиеся, а после меня они расцветают, у них налаживается жизнь.
Начали принимать ресурс, но шло тяжело: вышел страх навредить, повести не туда, страх ответственности, и причина была не в той жизни. Пошли в причину.
Раскрылось воплощение. Она мужчина. Еще в детстве бабушка научила его лечить. Помогал очень многим людям, лечил руками. Однажды к нему за помощью обратился очень статусный, но и очень «плохой» человек. Он не захотел ему помогать, но он не просто отказал, он использовал свою силу, чтобы причинить ему вред, чтобы наказать его. Тот умер, а он поплатился за это сначала тюрьмой, потом пытками и казнью.
После смерти встречает Наставник, укоряя по-доброму за то, что тот взял на себя роль судьи. У него понимание, какую ошибку совершил…
Убирали блок, страх, что может ошибиться на пути. Разговаривали о том, что урок-то он на самом деле усвоил и бояться нечего, что его ошибка не превратила его в кого-то негативного, не имеющего права нести дальше свет и добро.
Я часто встречаю людей, в чьем опыте имеется целительство в тех или иных формах, чьим предназначением мы видим помощь людям. И часто сталкиваюсь с тем, что эти способности оказываются заблокированы страхами, собственными запретами, обидами на людей, неправильным пониманием сути своих способностей. И это либо мешает помогать людям в полную силу, либо вовсе не дает человеку выйти к своему призванию. И каждый раз мы работаем над восстановлением, над полным принятием своего потенциала.